МК Дневник для путевых заметок

Мастер-класс Поделка изделие Мастер-класс «Дневник для путевых заметок» Бумага Ткань

В жизни частенько бывают такие ситуации, когда надо что-нибудь подарить и обычно это нужно срочно!
Или ситуация, когда надо наделать много подарков, например, на Новый год.

И тогда на выручку приходят такие вот подарки.
Используя советы из этого мастер-класса Вы сможете не только быстро сделать подарок, но еще и НЕ затратить много денег и сил.

Путевые заметки. 9 июля Шелковый путь — 2019 г. Третий этап

Этот мастер-класс я делала когда мне необходимо было сделать подарок маме перед ее поездкой по Европе, чтобы она записывала свои заметки. Кроме заметок я решила, что ей не помешают вкладыши для фотографий особенно полюбившихся мест или непосредственно в поездке вкладыши можно использовать для хранения карт, необходимых записок, визиток гостиниц и т.д.
Когда я начинала делать дневник для путевых заметок, долго примерялась и продумывала технологию его изготовления, но т.к. я не большая любительница долгих производств, решила сделать свой упрощенный вариант. И вот что получилось.

Для изготовления дневника Вам понадобится:

Тетради в клеточку
Нитки и иголка
Лезвие или нож для резки бумаги
Небольшой напильник
Зажимы
Бумага А4
Картон не очень толстый
Альбом для фотографий, из которого не жалко вырвать несколько листов

Тетрадь отделяем от обложки

Разрезаем лезвием пополам

Фиксируем наш дневник зажимами, отмечаем отверстия и напильником пропиливаем их насквозь

Теперь надо прошить дневник, чтобы он служил нам подольше. Берем нитку и начинаем шить с правого края, оставляя хвостик сантиметров 5

Путевые заметки. 11 июля Шелковый путь — 2019 г. Пятый этап

Дошили до левого края, кладем вторую часть дневника, втыкаем иголку снаружи внутрь и когда иголка выйдет из второго отверстия, захватываем нитку от первого блока (как на фотографии). И так прошиваем все блоки и когда дошили последний блок завязываем оставленный хвостик с основной ниткой.

Путевые заметки. 8 июля Шелковый путь — 2019 г. Второй этап

Здесь Вы видите только блоки, состоящие из тетрадей. Это в процессе изготовления мне пришла мысль, что в дневнике для путевых заметок обязательно должны присутствовать кармашки для фотографий. Тем более, что у меня давно пылится пустой и бесполезный фотоальбом, чей-то очередной подарок «отвяжисьКА».

Как только я поняла, что в этом дневнике просто необходимы кармашки для фотографий, я тут же оторвала от альбома нужно мне количество страничек. Они оказались очень удобными для сгибания и прошива

Прикрепила нитку к основным блокам

и пришила странички к уже дошитому дневнику

Сначала думала сделать кармашки в конце дневника, но потом вывернула их, чтобы они оказались внутри. Кармашки получились немного больше, чем основные странички, но это не страшно, сделаем обложку побольше.

Теперь начинаем клеить. Берем А4, складываем пополам и приклеиваем снаружи к первой и последней страничкам дневника. Я приклеивала канцелярским карандашом UHA

Когда обе странички приклеены, кладем какой-нибудь груз, книгу например, и начинаем заниматься обложкой. Я взяла из того же фотоальбома более плотные голубые странички и часть листа ватмана. Первые вырезала по размеру дневника. А из картона подготовила корешок дневника, нарисовав на нем линии на равном расстоянии друг от друга и потом по линейке, проведя по ним не острой частью ножниц, чтобы по этим линиям наш корешок сгибался лучше.

Один этап я пропустила — очень увлеклась приклеиванием 🙂 На этом этапе надо приложить к дневнику голубые листы так чтобы они были одинаковыми с самыми выступающими частями, в моем случае с фотокармашками. Зафиксировать их зажимами для бумаги. Затем приложить корешок вплотную к краю дневника, тоже зафиксировать зажимами и теперь можно спокойно клеить голубые листы к корешку, не боясь, что обложка будет мала. На самом деле, даже если она будет немного мала, не страшно, потому что можно будет еще подкорректировать внешней обложкой.
Внешней обложкой я выбрала льняной материал и выкроила из него обложку с припусками для загибов. И приклеила к ней свою бело-голубую внутреннюю обложку. Клеила прозрачным гелем моментом по одной странице, чтобы не было пузырей и неровностей

и заключительным момент: приклеила собственно сам дневник к обложке тем же гелем моментом (хотя сейчас я купила клей «Титан» и клеила бы им) и положила под гнет на ночь. К меня на материале были уже пришиты крепления для ремешка, поэтому я решила обыграть дневник таким образом

Путевые заметки, глава третья

На моем сайте по этой ссылке размещено два МК, первым размещен этот МК, а вторым мой перевод МК с иностранного сайта по созданию альбома с кожаной обложкой, тоже простой и быстрый способ. Думаю, что уже пора начинать думать о новогодних и рождественских подарках

Индонезия и Самара. Непутевые заметки. Выпуск от 01.11.2020

Перу. Из путевых заметок

Перу. Из путевых заметок

Лима не очень похожа на Кордову, но на ней всегда лежала и будет лежать печать города колониального или, лучше сказать, провинциального. Мы отправились в консульство, где нас ожидала почта и, прочтя ее, пошли взглянуть, как обстоят дела с рекомендацией, к одной канцелярской крысе, которая, разумеется, послала нас куда подальше. Бродя из казармы в казарму, мы наконец выклянчили немного риса, а днем навестили доктора Пеши, который принял нас с любезностью, действительно странной в главном лепрологе. Он выбил нам места в больнице для прокаженных и пригласил вечером поужинать у себя. Говорун он оказался отменный. Спать легли поздно.

Путевые заметки Мармарис

Встали тоже поздно и позавтракали, после чего нам сообщили, что распоряжения кормить нас не поступало, так что мы решили съездить в Кальяо и разузнать все сами.

Поход оказался долгим, так как было 1 Мая и транспорта не было, поэтому пришлось пройти 14 километров пешком. Смотреть в Кальяо особенно не на что. Даже аргентинских судов не было. Для закалки мы еще разок зашли в казарму поклянчить еды, предприняли отступление курсом на Лиму и снова поужинали у доктора Пеши, который рассказал нам о своих приключениях с классификацией проказы.

ТРЕВЕЛБУК | Заполнение, опыт, советы | СКРАПБУКИНГ

Утром пошли в музей археологии и антропологии. Отличный музей, но у нас не хватило времени осмотреть его целиком.

___ оставляет желать много лучшего, но зато в ней есть каталог, превосходный по ясности и методу организации, а также по количеству заполненных карточек. Само собой, вечером пошли ужинать к доктору Пеши, который, как обычно, проявил себя приятнейшим собеседником.

В воскресенье нас ожидало великое событие — первая возможность увидеть бой быков, и, хотя это была, что называется, «но- вильяда», иначе говоря, коррида, в которой участвуют быки и тореро поплоше, я был весь ожидание — вплоть до того, что едва мог сконцентрироваться на книге Тельо, которую читал утром в библиотеке. Мы появились на корриде, но, когда пришли, новичок уже приканчивал быка, однако способом, отличным от обычного, то есть оглушив его ударом в затылок. В результате бык еще десять минут мучился, лежа на досках, пока тореро не прикончил его; публика свистела и визжала Третий бык заставил несколько поволноваться, когда театрально подцепил тореро рогом и подбросил его в воздух, но и только. Праздник закончился безболезненной и бесславной смертью шестого животного. Искусства я в этом не вину; до определенной степени— мужество; ловкости — немного; эмоции — так себе. В конечном счете все зависит от того, как человек настроился провести воскресенье.

Утром в понедельник мы снова отправились в антропологический музей, а вечером, как у нас уже было принято, пошли к доктору Пеши, где познакомились с профессором психиатрии, доктором Валенсой, очень приятным собеседником, который рассказал нам несколько анекдотов про войну и еще несколько примерно в таком роде: «Зашел я как-то в кино посмотреть фильм с Кантинфласом. Все кругом смеются, а я ничего не понимаю. Но ничего странного, потому что остальные тоже ничего не понимали. Чего тогда смеяться? На самом деле они смеялись над собой, каждый из присутствующих смеялся над какой-то своей чертой. Мы народ молодой, без традиций, без культуры, почти неизученный. И они смеялись над всеми недостатками, которые не смогла устранить наша младенческая цивилизация… Так что же получается: разве Северная Америка, несмотря на свои небоскребы, машины и состояния, превзошла нас, перестала быть молодой? Различия только формальные, а не по сути, это роднит всех американцев. Пойдя на Кантинфласа, я понял, что такое панамериканизм!»

Вторник не принес ничего нового в том, что касается музеев, но в три часа дня мы отправились на встречу с доктором Пеши, который подарил Альберто белый костюм, а мне — пиджак такого же цвета. Все сошлись на том, что теперь мы мало-мальски похожи на людей. В тот день это было самое важное.

Прошло еще несколько дней, и мы в полной боевой готовности, но по-прежнему точно не знаем, когда отправимся. Это должно было случиться еще два дня назад, но грузовик, который собирался нас подобрать, так и не выехал. С разных точек зрения, наше путешествие продвигается нормально: в научном плане мы посетили почти все музеи и библиотеки. Единственный по-настоящему ценный — это археологический музей, созданный доктором Тёльо. С точки зрения нашей специальности, то есть проказы, нам удалось познакомиться только с доктором Пеши, все остальные лишь его ученики, и им не хватает еще многого, чтобы добиться чего-то весомого. Как и везде в Перу, здесь нет биохимиков, и лабораторные исследования проводят специально обученные врачи. Альберто поговорил с некоторыми из них, чтобы они связались с людьми в Буэнос-Айресе. С двумя разговор у него получился, но с третьим… Дело было так: он представился доктором Гранадо, специалистом по проказе и т. д.; его приняли за врача, и один из опрашиваемых разоткровенничался: «Нет, биохимиков у нас нет. Поскольку существует распоряжение, запрещающее врачам заниматься фармацевтикой, мы не позволяем фармацевтам совать свой нос в то, чего они не знают». Альберто чуть было не набросился на него, так что пришлось мне слегка двинуть его локтем по почкам, чтобы он успокоился.

Несмотря на всю свою незатейливость, нас больше всего тронуло прощание больных. Они собрали больше 100 солей, которые вручили нам вместе с красноречивым, хоть и кратеньким посланием. Потом некоторые приходили проститься лично, и не у одного в глазах стояли слезы, когда они благодарили нас за ту малую толику жизни, что

мы им дали, пожимая им руки, принимая их скромные подарки и сев вместе с ними послушать футбольный радиорепортаж. Если что-либо и заставляет нас всерьез заниматься проказой, то это нежность, которую больные проявляют к нам повсюду

Как город Лима не оправдывает ожиданий своей прочной репутации города вице- королей, но зато ее жилые кварталы очень симпатичные и просторные, и новые улицы также широкие. Интересно было видеть полицейский разъезд, окруживший посольство Колумбии. Не менее 50 полицейских, в форме и без, несут постоянную охрану всего квартала.

Мой трэвел бук/travel book. Идеи оформления!

Первый день поездки не принес ничего нового, дорогу до Ла Оройи мы знали, а остальную часть пути проехали в беспроглядной темноте, рассвет застиг нас в Серро-де-Паско. Компанию нам составили братья Бесерра, по прозвищу «старьевщики», сокращенно «старье», которые оказались очень хорошими людьми, особенно старший. Мы продолжали ехать целый день, понемногу спускаясь в более жаркие районы, отчего у меня заболела голова и ухудшилось общее самочувствие, и без того неважное, начиная с Тиклио — самой высокой точки» расположенной на высоте 4853 метра над уровнем моря. Когда мы проехали Уануко и приближались к Тинго Мария, сломался наконечник оси левого переднего колеса, но так удачно, что колесо застряло в ограждении, и мы не перевернулись. Пришлось задержаться на ночь, и я пытался сделать себе укол, но в результате только разбил шприц.

Следующий день прошел скучно и астматично, однако к вечеру дело приняло более благоприятный для нас оборот — Альберто пришло в голову меланхолично произнести, что сегодня, 20 мая, исполняется ровно полгода, как мы в пути; под этим предлогом в ход пошли стаканчики с «писко»; на третьей бутылке Альберто встал, пошатываясь, и, выпустив обезьянку, которую держал на руках, исчез со сцены. Младший из «старьевщиков» прикончил бутылку и последовал за ним.

На следующее утро мы поспешили убраться до того, как встанет хозяйка, потому что не заплатили по счету, а «старье» чуть не село на мель из-за ремонта оси. Мы ехали весь день, пока дорогу нам окончательно не преградил барьер из тех, которые ставят военные, чтобы перекрыть движение, когда идет дождь.

Снова день езды, и новая остановка в конце выстроившейся цепочки машин. С наступлением вечера караван тронулся с места только для того, чтобы снова остановиться в Нескилье — конечной точке нашего пути.

Юрий Шевчук. Путевые заметки: Афганистан

На следующий день, так как машины на шоссе все еще стояли, мы зашли в местный комиссариат, чтобы раздобыть морфия, и днем уже выехали, везя с собой раненого, присутствие которого позволило бы нам проехать даже там, где поставлены заграждения. И действительно, через несколько километров все остальные машины снова остановились, а наша спокойно проехала дальше, до Пукальпы, куда мы прибыли уже под вечер. Младший «старьевщик» заплатил за ужин, а потом мы, в честь прощания, взяли четыре бутылки вина, после которого он рассентиментальничался и поклялся нам в вечной любви (…).

Главная проблема состояла в том, чтобы добраться до Икитоса, так что мы полностью посвятили себя этой цели. Первым объектом, по которому мы решили нанести удар, был некто Коэн, про которого нам сказали, что он евреи, но человек хороший; что он еврей, было очевидно, хороший ли он человек — сомнительно. Короче, он отвязался от нас, отфутболив к агентам компаний, которые тоже отвязались, отфутболив нас к капитану некоего судна, который принял нас совершенно нормально и в виде максимальной уступки пообещал, что возьмет с нас за билеты третьего класса, а потом устроит в первом. Потом мы поговорили с начальником гарнизона, который сказал, что ничего не может для нас сделать. Затем — с его заместителем; после отвратительного допроса, в котором тот проявил всю свою тупость, он пообещал нам помочь.

Вечером пошли купаться в Укайали, с виду похожую на верховья Параны, и встретили там субпрефекта, который заявил, что имеет сообщить нам нечто чрезвычайно важное: капитан судна, из почтения к нему, согласился взять с нас за билеты третьего класса, а потом устроить в первом — что ж, отлично!

Там, где мы купались, некая парочка ловила рыбу необычной формы, которую местные называют «касаткой» и которая, по преданию, пожирает мужчин, насилует женщин и вытворяет еще тысячу подобных бесчинств. Вероятно, это речной дельфин, у которого, помимо прочих странных особенностей, гениталии очень похожи на женские; индейцы пользуются этим как заменой, но сразу после соития должны убить животное, потому что гениталии сокращаются и не дают высвободить член. Вечером нам предстояло одно из самых неприятных дел — встретиться со своими коллегами из больницы, чтобы попросить у них ночлега. Само собой, прием был оказан холодный, и нас чуть было не послали подальше, но наша пассивность взяла верх, и нам предоставили две койки, чтобы упокоить наши намаявшиеся косточки.

Было воскресенье и еще довольно рано, когда мы причалили к пристани Икитоса. Не теряя ни минуты, мы вступили в переговоры с начальником Международной службы сотрудничества, поскольку доктора Чавеса Пастора, к которому мы были рекомендованы, в Икитосе не оказалось. Так или иначе, нас приняли очень хорошо, разместили в палате для больных желтой лихорадкой и накормили в больнице; моя астма не унималась, и, будучи не в силах разобраться в причинах бедствия, постигшего мои дыхательные пути, я вкалывал себе по четыре дозы адреналина в день.

На следующий день картина мало изменилась, и я провел его в кровати, «адренализируясь».

На следующий день решил совершенно ничего не есть с утра и только немного — вечером, исключив рис, и мне действительно стало чуть получше, но ненамного. Вечером смотрели «Стромболи» с Ингрид Бергман в постановке Росселини: сказать, что это фильм «плохой», значит ничего не сказать.

УльянаChe \ реглан-погон \ как я вяжу погон \ вязание — это просто

В среду произошли кое-какие сдвиги: нам объявили, что завтра мы отбываем; это нас сильно обрадовало, поскольку астма мешала мне двигаться и мы проводили дни напролет, валяясь в постелях.

На следующий день, с раннего утра, началась психологическая подготовка к отбытию. Однако день прошел, а корабль так и не снялся с якоря; объявили, что отплытие состоится завтра днем.

Уверенные в лености начальства, которое могло задержать отплытие, но ни в коем случае не отбыть раньше времени, мы спокойно выспались и, прогулявшись, пошли в библиотеку, где нас разыскал помощник капитана, очень взволнованный, потому что «Лебедь» отплывал в 11.30, а было уже 11.05. Мы быстренько сложились и, так как я все еще задыхался, взяли машину, шофер которой содрал с нас полфунта за восемь крохотных городских кварталов. Мы прибыли на судно, где выяснилось, что отплывает оно только в три, но к часу все уже должны были быть на борту. Мы не осмелились ослушаться и пойти поесть в больницу, а с другой стороны, это нас не очень устраивало, потому что так мы могли «забыть» шприц, данный нам взаймы.

Мы плохо и дорого поели за компанию со странно разукрашенным индейцем в короткой юбке из красноватой соломы и таких же соломенных браслетах; он был из племени ягуас, прозывался Бенхамин, но почти не говорил по-испански. Над левой лопаткой у него был шрам от пули, стреляли почти в упор и, как он сказал, «из мести». Ночью покоя не было от комаров, которые оспаривали между собой нашу почти девственную плоть. В психологическом плане плавание получило особый оборот, когда мы узнали, что из Манауша в Венесуэлу можно перебраться по реке.

День прошел спокойно, мы дремали, сколько могли, чтобы отоспаться за ночные часы, проведенные в битве с насекомыми; около часа ночи меня разбудили, когда я сладко дремал, чтобы предупредить, что мы в Сан-Пабло. Немедленно оповестили главного врача колонии, доктора Брешиани, который очень любезно принял нас и предоставил комнату на ночь.

Следующий день, воскресенье, застал нас уже на ногах, готовых осмотреть колонию, но для этого надо было перебраться через реку, так что поехать мы не смогли, потому что был выходной день. Мы навестили монахиню-распорядительницу, мать Сор Альберто — женщину мужского склада и внешности, и пошли играть в футбол, причем оба действовали на поле хуже некуда. Астма немного отпустила.

Тревелбук. Заметки путешественника (Артузор). Скрапбукинг

В понедельник отдали часть нашей одежды в стирку и утром отправились в дом призрения. Больных 600 человек, живут они в типичных для сельвы хижинах, ни от кого не завися, делая то, что им хочется и свободно занимаясь своим ремеслом, организованные в общину со своим ритмом жизни и характерными чертами. Здесь есть делегат, судья, полиция и т. п. Уважение к доктору Брешиани чувствуется во всем, и заметно, что он координирует дела колонии, предотвращает стычки и помогает договориться враждующим группам.

ТРЕВЕЛ бук / Дневник путешествий

Во вторник снова посетили колонию; сопровождали доктора Брешиани, обследовавшего нервную систему больных. Он готовит капитальное исследование о нервных формах проказы, основываясь на 400 случаях. Это действительно может оказаться очень интересной работой, учитывая количество случаев заболевания проказой на нервной почве в этом районе. До сих пор я не видел ни одного больного с отклонениями такого типа. Как заявил Брешиани, доктор Соуза Лима заинтересовался преждевременными нервными сдвигами у выросших в колонии детей.

Потом мы посетили часть колонии, где живут здоровые — всего 70 человек. Здесь не хватает основных удобств, которые будут установлены в течение этого года, таких как постоянное электроснабжение, холодильник, наконец, лаборатории нужен хороший микроскоп, микротом[15] и специальный работник — поскольку сейчас это место занимает мать Маргарита, очень симпатичная, но не очень сведущая, — а также хирург, который снимал бы нервное напряжение, присутствовал при последних минутах больного и т. д. Любопытно, что, несмотря на огромное количество нервных заболеваний, слепых почти нет, что, возможно, доказывает, что (…) имеет к этому кое-какое отношение, поскольку большинство никогда не проходило специального лечения.

КАК И ЧЕМ ОФОРМЛЯТЬ ДНЕВНИК ПУТЕШЕСТВЕННИКА TRAVELERS NOTEBOOK

Побывали мы в колонии и в среду, а в промежутках ловили рыбу и купались, и так весь день; вечером я играю в шахматы с доктором Брешиани или занимаемся болтовней. Дантист, доктор Альбаро, человек удивительно простой и сердечный.

МК Дневник путешественника | Обучение скрапбукингу

По четвергам в колонии — день отдыха, так что мы туда не ездили. Днем сыграли в футбол, и я неплохо отстоял в воротах. Утром без толку пытались рыбачить.

В пятницу мы снова посетили приют, но Альберто остался делать бациллоскопию вместе с подхалтуривающей тут монахиней, матерью Маргаритой; я поймал двух сумби, которых здесь называют мота, одну из которых подарил доктору Монтойе за его наживку.

Утром в воскресенье мы отправились в гости к племени ягуас — индейцам в нарядах из красной соломки. После получаса ходьбы по тропинке, которая придает уверенности в разноголосой сумрачной се льве, мы подошли к жилищу одной семьи. У них существует любопытный обычай жить в герметичных хижинах из пальмовых листьев, где по ночам они укрываются от атакующих их сомкнутым строем насекомых. Женщины сменили традиционную одежду на обычную, неприметную. Дети пузатые и костлявые, но у стариков полностью отсутствуют признаки авитаминоза в противоположность несколько более цивилизованным горцам. Основу их рациона составляют юкка, бананы, финики, а также мясо животных, на которых они охотятся с ружьями. Зубы сплошь изъедены кариесом. Говорят они на собственном диалекте, но некоторые понимают и по-испански. Днем играли в футбол, отчего мне стало немного лучше, но гол я пропустил ужасный. Ночью меня разбудил Альберто, у которого страшно разболелся живот, потом боль локализовалась в правой подвздошной пазухе; мне слишком хотелось спать, чтобы заниматься чужими болячками, поэтому я посоветовал ему потерпеть и проспал до утра.

По понедельникам в приюте раздают лекарства; за Альберто ухаживает его любимая мать Маргарита, которая набожно колет ему пенициллин каждые три часа. Доктор Брешиани сообщил мне, что приближается плот с животными и оттуда можно взять несколько бревен, чтобы смастерить маленький плот; воодушевленные этой мыслью, мы тут же стали строить планы, как доберемся до Манауша и т. д. У меня был нарыв на ноге, так что вечернюю партию пришлось отложить; мы обсудили с доктором Брешиани все мыслимые и немыслимые темы, и улегся я далеко за полночь.

К утру вторника Альберто окончательно поправился, и мы зашли в приют, где доктор Монтойя руководил операцией на локтевом суставе с диагнозом «проказа на почве неврита»; результаты, на первый взгляд, блестящие, но техника оставляет желать лучшего. Днем отправились половить рыбу в лагуне и, конечно, ничего не поймали, но на обратном пути я пересек Амазонку, на что ушло около трех часов, доктор Монтойя был в полном отчаянии, потому что не хотел долго ждать. Вечером устроили семейный праздник, из-за чего возникла серьезная потасовка с сеньором Лесамой Бельтраном, человеком изнеженным и к тому же, похоже, гомосексуалистом. Бедняга напился и в отчаянии, что его не пригласили на праздник, стал выкрикивать оскорбления, пока ему не подбили глаз и хорошенько не пересчитали ребра. Мы переживали из-за случившегося, потому что бедняга, хотя и был извращенцем и жутким занудой, с нами обошелся хорошо, дав по 10 солей каждому, так что в результате я набрал 479, а Альберто 163,50 очков.

В среду с утра лило, поэтому мы не заходили в приют, и день прошел впустую. Я начал было читать Гарсия Лорку, а потом мы увидели плот, который ночью пристал к берегу.

Утром в четверг, когда больные в приюте не работают, мы с доктором Монтойей отправились на поиски съестного и проплыли по одному из притоков Амазонки, за бесценок ступая папайю, юкку, маис, рыбу, сахарный тростник, и сами тоже кое-что поймали: Монтойя — обычную рыбу, а я — моту. На обратном пути поднялся сильный ветер, и река разбушевалась так, что рулевой Роджер Альварес даже обгадился, когда увидел, как волны захлестывают каноэ; я попросил у него руль, но он не захотел мне его отдавать, мы пристали к берегу — подождать, пока буря не уляжется.

Часа в три дня мы вернулись в колонию и тут же велели приготовить нам рыбу, но утолить голод удалось лишь отчасти. Роджер подарил каждому по майке, а мне вдобавок еще и брюки, чем приумножил мое духовное благосостояние. Плот был уже почти готов, не хватало только весел. Вечером из приюта явилась группа больных, чтобы исполнить в нашу честь благодарственную серенаду, в которой преобладала туземная музыка, аккомпанировавшая слепому певцу; оркестр состоял из флейтиста, гитариста и баяниста, у которого почти не было пальцев, из числа здоровых им помогали саксофонист, еще один гитарист и человек, игравший на свистке. Затем наступило время приветственной части, и четверо больных по очереди, запинаясь, произнесли каждый свою речь; один из них, отчаявшись, что не находит больше слов, закончил так: «Троекратное ура докторам!» Затем Альберто в цветистых выражениях поблагодарил за прием, сказав, что природные красоты Перу не идут ни в какое сравнение с красотой этого момента, что он так тронут, что не находит слов и может только, сказал он, раскрывая объятия в пероновской манере и с пероновскими интонациями, «поблагодарить всех присутствующих».

Больные отчалили, и суденышко стало мало-помалу отдаляться от берега; до нас еще доносился какой-то вальсок, а слабый свет фонариков придавал людям фантасмагорический вид. Потом мы зашли к доктору Брешиани пропустить по паре рюмок и, немного поговорив, отправились на покой.

В пятницу мы отбывали, так что с утра отправились с прощальным визитом к больным и, сделав несколько фотографий, вернулись с двумя ананасами — подарком доктора Монтойи; искупались и поели; около трех начали прощаться, а в половине четвертого плот под названием «Мамбо» отплыл вниз по течению: за команду были мы двое, да еще какое-то время нас сопровождали доктор Брешиани, Альтаро и Чавес — строитель плота.

Нас вывели на середину реки и там предоставили самим себе.

МК по созданию блокнота «Мамины заметки» на кольцевом механизме от Ирины Поправко.

Читайте также

Продолжение заметок дорожных и придорожных

Продолжение заметок дорожных и придорожных Помимо двух наиболее посещаемых городов – Вашингтона и Нью-Йорка, в США есть на что посмотреть. В том числе мимоходом упомянутый выше, улегшийся на холмах, как кот на подушках, Сан-Франциско. С его деревянными домами –

Из заметок о русском языке

Из заметок о русском языке (1969)[9]Чехов и сегодня самый сегодняшний из всех русских классиков. Стоя на рубеже веков, будучи близок к научному миру, прекрасно зная расстановку социальных сил, чуя скорые перемены в обществе, Чехов единственный из всех русских писателей

Из «заметок о литературе»

Из «заметок о литературе» Простота в искусстве – не низшая, а высшая ступень.Надо любить и хранить те образцы русского языка, которые унаследовали мы от первоклассных мастеров.Все литературные школы имеют право на историческое существование.Политический и

Пи-Лин-Сы (отрывок из путевых заметок о Северо-Восточном Тибете)[57]

Пи-Лин-Сы (отрывок из путевых заметок о Северо-Восточном Тибете)[57] Еще зимой 1884/85 года, которую я проводил в Сань-чуани, я слышал о знаменитом буддийском монастыре Пи-лин-сы, лежащем на берегу Желтой реки ниже Сань-чуани в расстоянии дня скорой езды. Мне рассказывали, что это

Хобби/Путевые Заметки.Киев,февраль 2017: выставка моделей ЖД Train Hobby Days Kyiv 2017 в 4K

Комментарий Свинаренко Из заметок про Японию

Комментарий Свинаренко Из заметок про Японию «Вот уж свезло так свезло. Потом, еще годы спустя, бывало, не раз всю ночь напролет я рассказывал про ту поездку благодарным слушателям, которые смотрели на меня горящими глазами, открыв рты. Люди, затаив дыхание, рассматривали

В центральном Перу

В центральном Перу Наше путешествие продолжалось без особых перемен; время от времени удавалось перехватить что-нибудь из еды, что случалось, когда какая-нибудь сострадательная душа проникалась сочувствием к нашему бедственному положению. Но питались мы всегда скудно,

ГРАБЕЖИ У БЕРЕГОВ ЧИЛИ И ПЕРУ

ГРАБЕЖИ У БЕРЕГОВ ЧИЛИ И ПЕРУ Двигаясь вдоль побережья Чили на север, «Золотая лань» 12 декабря достигла места, называемого Тонгой. Оно находится на 30° 15? южной широты, и где-то здесь Дрейк рассчитывал встретиться со своими потерявшимися во время шторма судами. Несколько

ГОД 1996. ПЕРУ: 126 ДНЕЙ ПРОТИВОСТОЯНИЯ

ГОД 1996. ПЕРУ: 126 ДНЕЙ ПРОТИВОСТОЯНИЯ В тот роковой вторник 17 декабря 1996 года японский посол в Перу устроил пышный дипломатический прием по случаю национального праздника — дня рождения императора Японии.В роскошных залах посольства собралось почти 500 сановных лиц.

КРОВЬ ДИКТОВАЛА ПЕРУ

КРОВЬ ДИКТОВАЛА ПЕРУ Когда на одной из могил увидел доску с фамилией Иловайская Александра Александровна (?-1928), то подумалось: а не в родстве ли она с Иловайским, известным историком?Иловайского звали Дмитрий Иванович, значит, если и родственница, то не такая уж близкая. А

Уильям Сомерсет Моэм Из книги путевых очерков «Джентльмен в гостиной» (1930)

Уильям Сомерсет Моэм Из книги путевых очерков «Джентльмен в гостиной» (1930) I Я никогда не мог себя заставить испытывать к Чарлзу Лэму ту привязанность, какую питают к нему большинство читателей. Из присущего мне чувства противоречия я не переношу экзальтированности у

Евгений Ясин Шестидесятники 8 заметок к возможной дискуссии

Евгений Ясин Шестидесятники 8 заметок к возможной дискуссии В начале лета 2005 года на круглом столе «Либеральной миссии», посвященном П. Н. Милюкову, после дискуссии о судьбе либерализма в России, о его постоянных поражениях и столь же неизменном возрождении Людмила

Электронная книга Дневник путешествия из Тоса | Tosa diary | 土佐日記

Если не работает, попробуйте выключить AdBlock

Манга изменившая мою жизнь | Обзор манги «Путевые заметки о поездке в Йокогаму за покупками»

Вы должны быть зарегистрированы для использования закладок

Информация о книге

Описание

«Дневник путешествия из Тоса» — поэтические путевые заметки японского поэта X века Ки-но-Цурюки. Текст представляет собой детальное описание 55-дневного возвращения из Тоса, где Цураюки был губернатором этой провинции, в Киото в 935 году. Отрывки прозы перемежаются с поэзией. Книга написана при помощи слоговой азбуки кана, которой в те времена пользовались преимущественно женщины.

DIY TRAVEL BOOK! ДНЕВНИК ПУТЕШЕСТВИЙ!

Вероятно поэтому, Дневник написан от имени женщины. Это первый известный литературный дневник в истории японской литературы, положивший начало целому направлению в искусстве. До него, слово «дневник» означало сухие официальные отчеты государственных чиновников, написанных по-китайски.

В противоположность этому, Тоса Никки написана на японском, что позволило Цураюки избежать использования китайских иероглифов и цитирования китайских стихов, сосредоточившись на эстетике японского языка и его поэзии.
©MrsGonzo для LibreBook

Оригинал «Путевых заметок» не сохранился, на сегодня он существует в копиях.

Иллюстрации

Произведение Дневник путешествия из Тоса полностью

Скачать fb2 epub mobi 02.03.16

Читать онлайн Дневник путешествия из Тоса

Похожее

«Год в Касабланке» — еще один увлекательный рассказ о том, как сбываются мечты. Веселая и экспрессивная история переезда семьи Тахир Шаха, уроженца Афганистана, из укрытого серыми облаками Лондона в залитую солнцем Касабланку, где исламская традиция смешалась с африканскими поверьями, и все не так просто, как кажется.

Вдохновленный марокканскими каникулами своего детства, Тахир Шах мечтал обрести дом в этой стране. В возрасте тридцати шести лет у него появился такой шанс. Собрав все сбережения семьи, он купил Дом Халифа, живописные руины былого особняка на берегу моря в Касабланке.

В этом остроумном и сердечно теплом произведении, Питер Мейл поведал миру о реализации своей давней мечты покинуть промозглый туманный Альбион и перебраться в наполненную солнцем Францию.

Вместе с женой и двумя собаками он переезжает в двухсотлетний дом в Провансе, в далеком Люберене. Он с удивлением переживает январский сезон холодного изнуряющего ветра Мистраля, способного свести с ума, выясняет секреты козьих гонок по центру города и радуется изыскам региональной кухни.

ЗАПОЛНЯЮ TRAVEL BOOK! как заполнить дневник путешествий!?